В настоящее время на промышленных предприятиях Санкт-Петербурга наблюдается такой недостаток квалифицированной рабочей силы, что многие специалисты служб занятости и менеджеры по персоналу говорят уже не о 'кадровом голоде', а о 'кадровом коллапсе', который ожидает петербургскую промышленность. Нетрудно предположить, чем это может угрожать региону, более 60-ти процентов экспорта которого составляет продукция машиностроения. С моей точки зрения, такая ситуация сложилась во многом и потому, что когда-то эффективная система подготовки рабочих, взяв на себя различные дополнительные функции, постепенно перестала быть профессиональной школой. Эти функции постепенно подменили, а затем и окончательно вытеснили основные цели, ради достижения которых создавалась система профессионально-технического образования рабочих.

Сейчас система начального профессионального образования рабочих (система НПО, система профтехобразования) представляет собой совокупность профессиональных училищ и лицеев, на которые возложены взаимно противоречивые задачи общего и профессионального образования, всестороннего развития личности учащегося и его социальной защиты, задачи его профессионализации и социализации. Но можно ли решать все эти задачи в стенах одного учебного заведения?

Я в рабочие пойду:

Как показали опросы, проведённые среди старшекурсников профтехучилищ, около 70 процентов учащихся пришли туда не ради профессии, а только для того, чтобы иметь 'корочки' о среднем (полном) общем образовании, которые они не смогли получить в обычной школе. Стоит ли удивляться, что 'закрепляемость' выпускников петербургской профтехшколы на производстве, по разным оценкам, не превышает 5-15 процентов. При этом в официальных отчётах говориться о 85- 90 и даже 100% (!) трудоустройстве выпускников учреждений НПО. Но считать то  надо не тех, кто отнёс документы в отдел кадров предприятия, а тех, кто продолжает  работать по своей профессии хотя бы год спустя!

Думаю, не надо всерьез полагать, что среднее образование, которое якобы получают учащиеся учреждений НПО, соответствует тому уровню, которое можно получить в общеобразовательной школе. Тем более, бессмысленно говорить об эффективности какой-либо воспитательной работы, проводящейся в системе НПО с так называемыми 'трудными' подростками. Сегодня в учреждениях НПО обучается молодёжь, уже давно вышедшая из детского возраста, когда психика человека пластична и легко поддаётся внешним воздействиям. Воспитывать 18-ти летнего молодого человека, ведущего взрослую жизнь во всех её проявлениях, живущего отдельно от родителей и не всегда зависящего от них материально, уже несколько поздновато. В этих условиях инженерно-педагогические работники НПО вынуждены просто имитировать учебно-воспитательный процесс, создавая иллюзию эффективной профессионализации молодёжи.

 Если мы хотим воссоздать профессиональную школу для массовой подготовки рабочих, то нужно сделать следующее:

1.                        устранить из учебных планов учреждений НПО общеобразовательную подготовку;

2.                        сократить сроки обучения молодёжи в этих учебных заведениях до 1-2 лет, в зависимости от исходного уровня образования и сложности осваиваемой профессии.

Когда-то так и было. Ремесленные училища готовили высококвалифицированных рабочих, а вечерние школы отлично справлялись с образовательно-компенсирующими функциями. Основанная на работах русских учёных, инженеров и педагогов (Д.К. Советкин, С.А. Владимирский, П.И. Устинов, А.К. Гастев и др.), российская система профтехобразования доказала свою эффективность в годы Великой Отечественной войны, когда необходимо было резко увеличить воспроизводство рабочих кадров, обеспечив при этом высокое качество профессионального обучения в соответствии с требованиями оборонного производства. Достигнув своего рассвета в конце 50-х годов прошлого века, эта педагогическая система получила международное признание и успешно внедрялась за рубежом, в таких странах, как Алжир, Бангладеш, Гвинея, Федеративная Республика Германия, Ирак, Сингапур, Тайланд, Франция, Чехословакия. Но в 60-е годы прошлого века в профессиональные училища пришло полное общее образование. Кто-то решил, что будущему токарю или электромонтажнику крайне необходимо уметь решать логарифмические уравнения и писать уравнения распада нептуния-239 с образованием плутония. Этому было много причин: и желание разгрузить обычные школы от второй смены, и политические амбиции руководителей страны, и попытки работников НПО искусственно повысить статус своих учебных заведений. В результате появились странные химеры - СПТУ (средние профессионально-технические училища). Не школа, не 'ремеслуха' : Эти учебные заведения с непомерно растянутыми сроками обучения, фактически, попытались взять  на себя функции компенсирующих классов обычной школы. Они существуют в таком качестве и ныне.

ЕГЭ для токаря

Необходимо учитывать и такой аспект функционирования профучилищ, как их наполняемость. Введя в свои учебные планы общеобразовательные предметы, профтехучилища вступили в конкуренцию за контингент учащихся с обычными школами.  Учитывая, что значительная часть абитуриентов приходит в учреждения НПО за 'облегчённым' средним образованием, можно предсказать, что в условиях демографического  спада и 'подушевого' финансирования образования, училища проиграют эту конкурентную борьбу. Школы  уже начали снижать требования к ученикам, поступающим в 10-11 классы (речь здесь, конечно,  не идёт об элитных гимназиях или профильных школах). В этом случае всем желающим получить аттестат о среднем образовании, не прикладывая к этому больших усилий, намного удобней просто остаться в школе, чем идти в училище, где больше учебных предметов и необходимо отрабатывать большое количество часов производственного обучения. А закон об обязательном полном среднем образовании (если он всё-таки будет принят), дающий школьникам право переходить из класса в класс с итоговыми 'двойками' по отдельным предметам, сделает профтехучилища, работающие в качестве 'лёгких' школ, просто ненужными. Все задачи общего образования населения (как настоящего образования, так и его имитации) возьмёт на себя общеобразовательная школа, что, в общем, вполне естественно.

Единственный для учреждений НПО способ выжить в этих условиях - это вновь стать именно профессиональными учебными заведениями. Но воспользоваться им смогут только те образовательные учреждения, которые готовят рабочих по востребованным экономикой профессиям, располагают соответствующей материальной базой и современными педагогическими технологиями. Таким образом, и работники, и руководители учреждений НПО должны сегодня чётко и осознанно определить то, как будут функционировать их учреждения в ближайшие годы. Возможно, они и далее будут просто держать в своих стенах молодых людей до призыва в армию, имитируя образовательную деятельность. Этот путь гарантирует учреждению несколько лет спокойной жизни, а затем - неизбежную смерть от демографических факторов или гибель в результате повсеместного внедрения ЕГЭ, который большинство выпускников системы НПО вряд ли сумеют успешно сдать. А, может быть, некоторые учебные заведения всё же найдут в себе силы и ресурсы для того, чтобы вновь стать профессиональными школами и займутся реальной, а не иллюзорной профессионализацией молодёжи?

Выбор трудный. Но от него зависит не только благополучие работников системы НПО и тех, кто обучается в этих учреждениях, но и судьба петербургской промышленности, а значит и будущее всех жителей региона.